The Arrival of Siberian Ancestry Connecting the Eastern Baltic to Uralic Speakers further East

В этом исследовании мы сравниваем генетическое происхождение индивидов из двух до сих пор генетически не изученных культурных традиций в Эстонии в контексте доступных современных и древних наборов данных: 15 из каменных могильников позднего бронзового века (1200–400 гг. до н. э.) (EstBA) и 6 из тарандных кладбищ предримского железного века (800/500 гг. до н. э. – 50 г. н. э.) (EstIA). Мы также включили 5 индивидов предримского – римского железного века из Ингрии (500 г. до н. э. – 450 г. н. э.) (IngIA) и 7 индивидов средневековой Эстонии (1200–1600 гг. н. э.) (EstMA), чтобы создать набор данных для изучения демографической истории северных частей Восточной Балтики от самого раннего слоя мезолита до современности. Наши результаты согласуются с тем, что EstBA получали поток генов из регионов с сильными аффинностями к западноевропейским охотникам-собирателям (WHG), а EstIA — от популяций, родственных современным сибирякам. Последний вывод согласуется с распределением Y-хромосомы (chrY) в современных популяциях Восточной Балтики, а также с картинами аутосомной изменчивости у большинства самых западных носителей уральских языков. Это происхождение достигло побережий Балтийского моря не позднее середины первого тысячелетия до н. э.; то есть в том же временном окне, что и диверсификация западноуральских (финских) языков. Кроме того, фенотипические признаки, часто ассоциируемые с современными северными европейцами, такие как светлые глаза, волосы и кожа, а также толерантность к лактозе, могут быть прослежены до бронзового века в Восточной Балтике.